№209, декабрь 2018
Статьи свежего номера

На пороге зрелости
Российский рынок продуктового ритейла продолжает консолидироваться и к 2020 году перейдет в стадию зрелости и стабильности. Темпы роста при этом будут значительно ниже, чем в прошедшие два-три года. Это уже видно по планам открытия на 2019 год. Даже лидер рынка анонсировал всего 2000 новых «Пятерочек» вместо 2600 в 2018 году. Кирилл Терещенко подготовил для журнала подробный аналитический текст по итогам минувшего года и обозначил ведущие тренды на 2019 год.
Торгуют все!
«Беда, коль пироги начнет печи сапожник, а сапоги тачать пирожник», – писал в своей басне Иван Крылов. Он просто не жил в нашем веке! В последние несколько лет в бизнесе все так перемешалось, что невозможно точно определить сферу, которой занимается компания. Например, Сбербанк – это банк. «Яндекс» – это ИТ-компания. Понятия давно устоявшиеся. Только вот, объединившись в одну команду, эти две компании принялись торговать товарами из Китая и Турции, то есть превратились в одного серьезного ритейлера. Онлайн-площадка начала свою работу в ноябре. Герман Греф заявляет, что планирует сделать российский Amazon. И это только один пример: маркетплейсы на нашем рынке появляются один за другим.
Животные интересы
Рынок товаров для домашних животных продолжает активное развитие, несмотря на кризис, а все потому, что россияне стали более ответственно относиться к своим питомцам. Сегодня 46% владельцев кошек и 36% владельцев собак считают их полноправными членами семьи и не хотят им ни в чем отказывать. Перспективность тренда подтверждает интерес крупных игроков к данному сегменту: «Мираторг» недавно запустил новую линейку кормов-лакомств для собак.



















Главная Архив 2010 № 178, ноябрь 2015
04.12.15 12:51

Входите, открыто!

Можно ли увидеть в российском ритейле открытое программное обеспечение? Выясняется, что потихоньку продукты open source проникают в корпоративный сектор, несмотря на инертность менеджеров. Причем есть основания полагать, что в ближайшее время ПО с открытым исходным годом распространится на нашей территории еще больше из-за импортозамещения, поскольку отечественное программное обеспечение почти всегда open source.


АВТОР: Наталья Николаева

Еще недавно концепцию открытого ПО можно было смело считать чем-то вроде религии. Один из главных ее апологетов – Ричард Столлман – колесил по всему миру, проповедуя идею открытости и поясняя, чем свободный отличается от бесплатного. В родном языке «апостола» программной свободы было место для разночтений: по-английски свободный – free и бесплатный – free. «Free as a freedom (свободный от слова «свобода»), – объяснял Столлман. – Мы не говорим о цене». В 2011 году в московском конференц-зале гуру воздевал руки к потолку, говоря об ужасах проприетарного программного обеспечения и противопоставляя проприетарность открытости, а его русские фанаты в холле раздавали листовки, где употреблялись такие выражения, как «тиранические устройства» и «вредоносные программы». Роль силы зла в этой парадигме отводилась таким корпорациям-монстрам, как Microsoft и Apple, чьи приложения контролируют пользователей. Проповедники свободного ПО полагали, что все должно быть наоборот.

Сейчас все изменилось. И дело не в том, что религия по имени open source перестала существовать или люди разочаровались в открытости. Все началось с того, что пользователи упорно видели в слове free указание на бесплатность или по крайней мере дешевизну, как бы ни старался объяснить все Столлман. И в целом они не ошиблись. Стали появляться новости в духе «Мюнхен сэкономил 10 млн евро благодаря переходу на Linux» или «Во Франции общая стоимость владения компьютерным парком национальной жандармерии упала на 40% благодаря открытому ПО». Выглядит впечатляюще, но линия развития явно отклоняется от того, о чем говорили отцы – основатели течения.

Вскоре ИТ-компании поняли, как можно не только сэкономить, но и заработать на свободном ПО. Софтверные гиганты – Google, Microsoft, Oracle и другие – обратили пристальное внимание на разработки открытых программ, приняли участие в общем деле, а также посчитали, что никто не может запретить добавлять в ПО с открытым исходным кодом закрытые участки собственной работы. Разработанные на базе open source программы становились вполне себе коммерческим продуктом, с которым компания могла делать все, что душа пожелает.

Полный текст статьи читайте в печатной версии журнала «МОЕ ДЕЛО.Магазин».

Еще в этой категории: « Муки кризиса Светлые идеи »








Мнения экспертов

автор: Михаил Николаев, генеральный директор торгового дома «Николаев&Сыновья», управляющий партнер семейного предприятия «Николаев&Сыновья»
Возможность не для всех
автор: Алексей Кочетов, президент компании «Очаково»
О запрете ПЭТ
автор: Светлана Тимонина, директор по развитию территорий агрохолдинга «Гудвилл»
Крупяной «айсберг»