№209, декабрь 2018
Статьи свежего номера

Первая смена
Переориентация на российское консервное производство и запуск новой торговой марки Ferragosto в сегменте «средний минус» позволили «Фёст», эксклюзивному дистрибьютору известного бренда Lorado, выйти в плюс после кризисного спада продаж. В 2019 году компания намерена открыть собственную линию по выпуску зеленого горошка и увеличить общий объем сбыта на 20%.
Масло через  край
Несмотря на высокую насыщенность рынка, отечественная масложировая отрасль продолжает демонстрировать устойчивые темпы роста. Позитивная динамика связана с первую очередь с наращиванием экспортных поставок и развитием новых продуктовых сегментов, таких как льняное, соевое и рапсовое масло. Выпуск по этим позициям в 2017 году увеличился на 20–25%.
Торгуют все!
«Беда, коль пироги начнет печи сапожник, а сапоги тачать пирожник», – писал в своей басне Иван Крылов. Он просто не жил в нашем веке! В последние несколько лет в бизнесе все так перемешалось, что невозможно точно определить сферу, которой занимается компания. Например, Сбербанк – это банк. «Яндекс» – это ИТ-компания. Понятия давно устоявшиеся. Только вот, объединившись в одну команду, эти две компании принялись торговать товарами из Китая и Турции, то есть превратились в одного серьезного ритейлера. Онлайн-площадка начала свою работу в ноябре. Герман Греф заявляет, что планирует сделать российский Amazon. И это только один пример: маркетплейсы на нашем рынке появляются один за другим.



















Главная Архив 2009 № 118, ноябрь 2009
15.12.10 18:45

Олег Пономарев: «Нормальным стало торговать в минус»

Оценить
(0 голоса)

Сокращение покупательной способности привело к тому, что уже пять месяцев сети снижают цены. На фоне дефляции ставки кредитов на уровне 18% совершенно неадекватны и приведут к оттоку капитала из региональной розничной торговли, считает Олег Пономарев, председатель Союза независимых сетей России, к. э. н., генеральный директор калиниградского ТД «Семья».


Беседовал Олег Пономарев 

–Официальная статистика сильно лукавит, говоря о росте цен. На самом деле с мая в России набирает темпы дефляция. Снижаются и входные цены от поставщиков, и наши цены. Параллельно сокращается покупательная способность. В результате все сети регулярно торгуют в ноль. Нормальным даже стало торговать в минус. О каких-то заоблачных наценках вообще речи не идет. Все это создает опасные предпосылки для развития нового витка кризиса – кризиса потребления и, соответственно, кризиса продаж. В Новый год народ потратит все, что есть, но после праздников нас ожидают совершенно пустые кошельки наших потребителей.  

–Как будут развиваться события в рознице после зимы?  

–Как и 2009-й, 2010-й – это год моратория на инвестиции. Если в предыдущие годы основные макроиндикаторы – рост доходов, инфляция и денежные средства, которыми оперирует бизнес, – были примерно на одном уровне, поэтому многие розничные компании инвестировали 20-30% своего годового оборота, то теперь наметился явный диспаритет этих показателей. Естественно, что источником инвестиций при нормальной рентабельности могли быть только заемные средства. А в сентябре текущего года средняя ставка займов у членов СНСР составляла 17,5%. Она совершенно неадекватна на фоне дефляции.  

–Какую ставку вы считаете справедливой и реалистичной сегодня? 

–Если инфляция сейчас нулевая, то ставка по кредитам должна быть никак не выше 4%. В еврозоне ставки кредитов для реального сектора составляют 2,5-3,5%. В странах Восточной Европы – от 4,5% до 5%. В то время как весь мир спасает экономику избыточной ликвидностью, у нас по-прежнему самые дорогие деньги среди всех стран, которые относятся к финансовой двадцатке. Соответственно, для российских независимых сетей возникает угроза со стороны зарубежных игроков, которые кредитуются по низким ставкам и обладают совершенно иным эффектом масштаба, совершенно иными компетенциями, которым десятки и даже сотни лет. 

–Но почему так долго не может выйти на наш рынок Wal-Mart, а Carrefour вообще свернул здесь свое развитие? 

–А выход Wal-Mart и подпрыжки Carrefour ни о чем не говорят. Нас беспокоит совсем другое – 50 «Ашанов», 50 Metro Cash & Carry (на сегодняшний день это, по сути, полугипермаркет, доля розничных покупателей в конечных продажах у них превышает зачастую 50%). И мы видим, что гипермакеты способны уничтожать вокруг себя всю российскую национальную розницу. 

–Российские сети гипермаркетов вы тоже считаете опасными? Ведь они работают с теми же 17-18% по кредитам? 

–У наших крупнейших игроков на сегодняшний день совершенно другие условия кредитования – значительно более льготные. И не забывайте, что им доступен другой источник финансирования – акционерный капитал, как, например, у Х5 Retail Group, за которой стоит «Альфа Групп». Региональные розничные сети объективно не могут сегодня претендовать на бесплатные источники финансирования. Нам недоступны и такие инструменты, как IPO, облигационные займы.  Кроме того, мы сейчас видим новую реальность, к которой не знаем, как относиться, – это «Сберкапитал» с его уже тремя розничными сетями: «Вестером», «Алпи» и «Мосмартом». Теперь это структуры, обладающие бесконечным государственным ресурсом. Это предмет для рассмотрения в ФАС. Если б мы знали, что нас ожидает и дальнейшее огосударствление торговли, мы бы точно серьёзно задумались.  

Поэтому мы хотим ограничить доли крупных игроков и согласны с позицией ФАС о пороге доминирования в 25%. Мы считаем, что необходимо ограничивать появление крупных торговых объектов площадью от 5000 м2, их количество должно быть строго регламентировано – но не в пределах муниципального округа, а в пределах субъектов федерации. Норматив требует отдельного обсуждения, а использовать международную практику было бы некорректно. Говорить нужно не только об отношении метров на тысячи человек населения, но и метрах на тысячи рублей в кошельках. А подсчет соотношения современных торговых площадей и распологаемых денежных доходов, насколько я знаю, никто не ведёт. Пока этот формат никто не органичивал, и в течение последних трех лет гипермаркеты очень активно развивались в России – их доля росла на фоне сокращения доли супермаркетов, а также отрытых рынков и ярмарок. И теперь наметилась тенденция к сокращению доли региональных сетей, работающих в большинстве своем в формате «у дома». 

–Но ведь за счет удачной локации, близости к конечному потребителю магазины «у дома» напрямую с гипермаркетами не конкурируют.  

–Да, но гипермаркеты – гораздо более эффективная модель. Если сравнить типичную региональную сеть в Рязани или Владимире, состоящую из 30 магазинов, и гипермаркет, то мы увидим, что у крупноформатного магазина инвестиции в основные средства составляют не более 500 млн руб., у независимой сети – более 1 млрд руб.  В гипермаркетах на сегодняшний день удельные издержки значительно ниже, нежели в любом магазине «у дома», универсаме и супермаркете. Одно только отношение ФОТ к обороту составляет в наших сетях 6,7%. В гипермаркетах этот показатель обычно составляет 1,5%. Поэтому крупнейшие сети всегда смогут предложить продукты питания по ценам более низким, чем можем предложить их мы. И за счет низких издержек, и за счет масштаба закупок, и благодаря идеальной логистике. При этом западные сети сейчас имеют совокупные внереализационные доходы на уровне 7% и более – ведь крупные зарубежные игроки способны иметь особенные условия и договариваться напрямую с производителем, а не его дистрибьютором в России. В крупных российских сетях внереализационный доход составляет около 5% от оборота, в региональных – до 3%.  

–Если гипермаркет – более эффективная модель, значит, рынок сам выбирает ее, и сокращение доли магазинов «у дома» – естественный процесс…  

–Да, но не надо забывать, что в гипермаркете работает в среднем 250 человек, в сети «у дома» – 900 человек. И банкротство региональных сетей приведет к массовой потере рабочих мест. А сегодня в торговле занято около 2 млн человек.  Кроме того, доля местных поставщиков продуктов питания у нас составляет 45%, у гипермаркета – 15%. Крупноформатная торговля изначально ориентирована на работу с федеральными поставщиками. Ни один из локальных производителей не сможет интегрироваться в те условия, которые предлагают на сегодняшний день крупнейшие игроки. В Metro поставщика спрашивают: вы с EDI работаете? Естественно, наш фермер понятия не имеет, что такое EDI, и ни одно малое или среднее предприятие никогда не станет поставщиком Metro. Понятно, что гипермаркеты не могут логистически работать с такими производителями. Они будут закупать у крупнейших компаний, чтобы на потоке посталять унифицированные продукты.  

Поэтому мы задаем вопрос властям: нам нужна национальная розница или нет? Если она не нужна, давайте страну застроим «коробками» в пригородах, станем туда ездить на парковки для 10 тыс. автомобилей и будем там совершать эффективные покупки. Будем есть замороженную бразильскую говядину, американскую курятину, тайскую рыбу и стерилизованное финское молоко. Вопрос, сколько при этом окажется на улице людей, которые занимаются сегодня продуктами и розницей в России? Сколько будет потеряно в этом случае мелких национальных производителей? Или выбирать своё, фермерское, свежее и в своём магазине? Эти вопросы остаются риторическими. Именно поэтому государство должно создать доступные условия для кредитования розницы, чтобы она могла конкурировать с западными игроками и крупнейшими российскими федеральными сетями.  

–Если новый закон о торговле лимитирует отсрочку платежа, будет ли это серьезным ударом по финансовому состоянию сетей? 

–Даже если условия по отсрочке пропишут в законе, они в целом не будут исполняться. В общем-то многие поставщики нас и сегодня дисциплинируют. Мы (союз) по свежим продуктам имеем отсрочку 7-10 дней. Например, «Данон» дает отсрочку 7 дней. У хлебников максимум удается вытянуть 14-21 день. А на большую отсрочку соглашаются производители, которые нуждаются в дополнительном сбыте. Они сами предлагают 45 дней и будут спокойно к этий отсрочке относиться. А сигареты мы как покупали на предоплате, так и будем покупать дальше, потому что там монопольное предложение и регулируемое ценообразование. Словом, ничего в этом отношении не изменится в силу того, что производители сталкиваются с кризисом сбыта. И, соответственно, ищут новые методы отношений с сетями. Вряд ли кто-то будет сообщать в ФАС о нарушении требований к отсрочке.  

–В чем помимо товарного кредита сети находят сейчас резервы финансирования? Повышают операционную эффективнотсь? 

–Да, повышение эффективности в 2009 году было задачей номер один. К жизни на дне привыкаешь, оптимизируешь свои издержки. И то, что мы адаптировались, вызывает оптимизм у сетей. Меня удивили коллеги по союзу своими прогнозами относительно 2010 года. Они расчитывают на рост среднего чека и прибыли. Кризис показал, что независимые сети имеют ключевые компетенции, которые прежде всего связаны со знанием местности, со знанием покупателей, с нашими долгосрочными отношениями с производителями. С тем, что мы все-таки смогли за годы инвестиций стать высокотехнологичными предприятиями. Мы сохранили свою долю и не будем ее никому отдавать. Но, несмотря на активную работу над эффективностью, сети в первую очередь стремятся не повысить прибыль, а поддерживать необходимый оборот. Ведь он позволяет иметь товарные кредиты и различные другие рычаги, которые дают возможность управлять и кредиторской задолженностью, и ссудной задолженностью. А чистая прибыль, ее максимизация сегодня является вторичной. Причем на фоне того, что в целом статистика по росту оборота среди сетей, входящих в союз, равна нулю и в некоторых случаях даже есть небольшое снижение продаж, ряд компаний показал значительный прирост оборота к прошлому году – до 40%. 

–Насколько охотно сейчас банки готовы кредитовать под оборот? 

–Кредитуют и под оборот, и под недвижимость. Коммерческая недвижимость, которой занимаемся мы, – это наиболее ликвидный и понятный актив, который реально оценивается на докризисном уровне. Потому что продажи все равно есть даже на низком рынке. У нас очень понятные залоги. Можно ли сегодня эффективно оценить какой-нибудь завод по производству чего-нибудь? Конечно же, нет. Потому что это набор зданий и сооружений. А продажи у него упали на 70%. Соответственно, рассчитать его корректно методом дисконтирования прибыли невозможно. Метод сравнительных продаж тоже не даст корректной оценки. Банк может обнаружить, что на такие объекты вообще нет покупателя ни по какой цене. Так что мы очень хороший клиент. Почти идеальный в условиях кризиса. 

Сейчас продовольственная розница – один из наиболее защищенных сегментов. Мы очень активны и стремимся быть всячески услышанными банками. У нас на сегодняшний день нет ни одного случая банкротства среди членов союза.  Но тем не менее мы заостряем внимание банков на том, что деньги под 18% – это ненормально. Нам не жалко, мы делимся, но мы хотим, чтобы банки понимали, что рано или поздно кризис обязательно закончится, а у клиентов длинная память.  У союза далеко идущие планы. Мы дружим с похожими на нас зарубежными объединениями, например Intermarche. И логика развития событий такова, что через какое-то время эти источники консолидированных закупок и финансирования станут для нас доступными. Но иностранные инвесторы пугливые, и у них есть понятие политических рисков. Поэтому пока что нам доступны только российские финансовые источники. И мы ведем диалог с крупнейшими федеральными банками – Сбербанком, ВТБ и Россельхозбанком, с полугосударственными – ТрансКредитБанком, Газпром-Банком. Мы создаем условия для нормального тендера между ними. 

–Как вы оцениваете то, что ЦБ впервые снизил учетную ставку до 9,5%, и прогнозируют, что к концу года снизит до 8%? Как быстро это отразится на ставках КБ?  

-Расчитываем, что при сохранении тренда к лету 2010 года мы увидим ставки на уровне 12%.  

Биосправка 

Олег Пономарев 40 лет В 1993 году окончил Калиниградский государственный университет В 1994 году окончил Всероссийскую академию внешней торговли, защитил Diplome du Master franco-russe de management international В 2001 году закончил аспирантуру Калининградского государственного университета, защитил диссертацию с присвоением ученой степени «кандидат экономических наук» С 2005 года занимает должность доцента кафедры экономики и предпринимательства КГТУ, преподает ОКБ и антикризисное управление предприятием С 1994 г. по 1995 г. – калининградский филиал инвестиционного банка «Восток-Запад», ведущий эксперт 1996-1998 гг. – АОЗТ «Русский хлеб», финансовый директор С 1998 года по настоящее время – генеральный директор ОАО «Торговый дом “Семья”»  С 2006 г. – председатель координационного совета Союза независимых сетей России.    

Справка 

Союз независимых сетей России Некоммерческая организация, объединяющая независимых участников рынка с целью развития регионального ритейла Объединяет более 40 сетей – свыше 1100 магазинов Дата основания: 2006 г. Региональный охват: Южный, Уральский, Сибирский, Северо-Западный, Приволжский и Центральный федеральные округа  Общая торговая площадь: более 450 тыс. кв. м Общий оборот в 2008г: более $1,6 млрд.








Мнения экспертов

автор: Светлана Тимонина, директор по развитию территорий агрохолдинга «Гудвилл»
Крупяной «айсберг»
автор: Михаил Николаев, генеральный директор торгового дома «Николаев&Сыновья», управляющий партнер семейного предприятия «Николаев&Сыновья»
Возможность не для всех
автор: Алексей Кочетов, президент компании «Очаково»
О запрете ПЭТ