Всё о продуктовой рознице

Самых чистых правил

22 Ноября 2018, 12:11

0rg.jpg

В 2020 году в России вступит в силу закон об органической продукции, определяющий деятельность отечественных производителей органики. Это сможет послужить мощным толчком для развития отрасли, установив единые и понятные правила игры для ее участников. Пока культура потребления органических и биопродуктов в нашей стране все еще крайне низка, а высокая цена таких продуктов тормозит их распространение в рознице.

АВТОР: Ольга Еремина

Необходимость введения единого нормативного акта, регулирующего рынок органических товаров, назрела около десяти лет назад на фоне растущего интереса производителей к развитию данного направления. Первые обсуждения темы органики прошли в Совете Федерации еще в 2003 и 2005 годах, но, к сожалению, так и остались без внимания. В 2012-м Минсельхоз России представил первую редакцию Закона «О производстве экологически чистой (органической) сельскохозяйственной продукции», однако в том виде проект не получил поддержки ни в профессиональных кругах, ни у властей. Финальная версия закона, разработанная совместно со специалистами «Национального органического союза», была одобрена Президентом РФ в августе 2018 года. «Мы долго ждали принятия данного закона, – делится генеральный директор компании «Оргтиум» Белла Надирашвили. – В первую очередь он был необходим для регулирования отрасли и создания единых нормативов ведения органического хозяйства и производства. А сертификация в свою очередь будет осуществляться на основе национальных стандартов. Поскольку закон вступает в силу 1 января 2020 года, у игроков рынка есть полноценный год, чтобы успеть привести в соответствие требованиям закона все свои производственные процессы».


org_dia_1.jpg

В рамках приличий

Принятый закон – рамочный и будет ссылаться на подзаконные акты. Преимущество такого документа в том, что его не придется переписывать всякий раз, когда, например, меняется стандарт. Однако он не заработает, пока не появятся необходимые нормативы. «Мы исходили из европейского опыта законотворчества в области органики, где закон опирается на стандарты. Поэтому с их разработки мы и начали, а уже потом пошли на принятие закона, – комментирует исполнительный директор «Национального органического союза» Олег Мироненко. – Во время разработки закона были подготовлены три национальных стандарта, регламентирующих правила производства и оборота органических продуктов и сертификации производителей, которые утверждены и введены в действие. Но это небольшая часть тех документов, которые должны появиться параллельно с принятием закона».

На первых порах профессиональное сообщество может столкнуться с рядом проблем, связанных с налаживанием системы работы с органическими продуктами: сертификацией, производством и маркировкой, подтверждает руководитель компании «Черный хлеб» Павел Абрамов. Как отмечают в «Национальном органическом союзе», несмотря на то, что на конец 2017 года в нашей стране сложилась определенная система органической сертификации, после принятия закона она не сможет работать по существующим сегодня правилам. «В целом же тот факт, что государство взяло курс на регулирование отрасли, позитивно отразится рынке органических продуктов в России и повлечет за собой его рост», – считает Павел Абрамов.

Согласно новому документу, сертифицировать органическое производство смогут только те компании, которые прошли аккредитацию в национальном органе по аккредитации. Ранее же правила аккредитации были одинаковы для всех типов продуктов питания, поэтому не учитывали специфических особенностей органики. По словам Олега Мироненко, на отработку и введение в Росаккредитации в рамках существующего ГОСТа ИСО 17065 области аккредитации «Органическое производство» ушло почти девять месяцев. Сейчас в рамках этой новой системы аккредитована первая российская компания – «Органик Эксперт». «За рубежом каждый сертификатор ведет свой независимый реестр. Это не всегда удобно, поэтому в России решили создать единый реестр, который объединит всех производителей. Возможность вносить данные в реестр получат лишь сертификаторы, сами же компании не смогут распоряжаться этой информацией. При выдаче сертификата производителю предоставят право размещать на упаковке своей продукции специальный знак и QR-код. Если же предприятие лишится сертификата, то сертификатор выведет его из базы данных, – поясняет Олег Мироненко. – Только в том случае, когда процесс выпуска продукта прозрачен и прослеживается от поля до прилавка, можно завоевать доверие потребителя. Но пока мы в самом начале пути. Еще нет отлаженного взаимодействия между структурами».

Важно и то, что закон устанавливает единую терминологию в качестве противодействия так называемому «гринвошингу», когда недобросовестные производители безосновательно пишут на упаковке «эко», «био», «органик», «100% натуральный» и другие подобные надписи, подчеркивает Олег Мироненко. По его словам, в мире понятия «эко», «био», «органик» эквивалентны, но для того, чтобы не путать потребителя, за каждой страной закрепляется только одно название, максимум два, как в Германии. «Все, что произведено по стандарту, на который опирается наш закон, будет промаркировано «органик», и написание этого слова на упаковке в отсутствие соответствующего сертификата будет запрещено законом и облагаться штрафом, – заявляет он. – Так сложилось, что другие понятия уже имеют в продуктах питания свое значение. «Эко» произведено с минимальным отрицательным влиянием на окружающую среду, а «био» относится к молочным продуктам, содержащим живые бактерии. Поэтому на сегодняшний момент мы закрепляем в законе только название «органические продукты». По мере развития рынка мы также, возможно, законодательно закрепим эквивалентность понятий «эко», «био», «органик» для импортных продуктов, но это вопрос не сегодняшнего дня».


Трудности перевода

Ожидания от будущего закона у участников отрасли пока неоднозначные. «С одной стороны, есть опасения, что внимание государства к сектору может привести к излишней зарегулированности. С другой – мы, конечно, ожидаем, что закон наконец-то нормализует рынок, определит четкие правила игры и запустит «спящие» механизмы. Например, национальные стандарты, которые сегодня являются необязательными к применению, закон сделает обязательными. Наконец, заработает фискальная система, а также меры поддержки со стороны государства. Надеюсь, что власти переведут органическое сельское хозяйство в сферу своих приоритетов», – отмечает Олег Мироненко.

Среди основных ожиданий экспертов – уход фальсификата и, соответственно, рост доверия потребителя к органической продукции. «Принятие федерального закона об органическом сельском хозяйстве устанавливает единые правила игры, которые в ближайшее время позволят очистить рынок от фальсификата. Закон вносит ясность в понятие «органик», защищает маркировку, вводит единый логотип. Большую роль будет играть налаживание прямого обмена информацией между производителями и потребителями, открытость, прозрачность и формирование понимания и доверия к органической продукции», – комментирует председатель правления «Союза органического земледелия» Сергей Коршунов.

Недоверие со стороны потребителей к органическому продукту, по мнению Павла Абрамова, было связано в первую очередь с недостатком регулирования отрасли со стороны государства. «Власти должны оградить как покупателей, так и производителей органики от фальсификата и способствовать развитию честной конкуренции. Чтобы очистить рынок от псевдоорганических товаров, нужны жесткие критерии отбора и сертификации по экологическим стандартам, единые и понятные правила маркировки, – подчеркивает предприниматель. – Только в таком ключе принятие нового закона будет способствовать развитию отрасли, а у покупателя начнет формироваться доверие к органическим продуктам».

Важным фактором станет и формирование мер государственной поддержки отрасли, считает Павел Абрамов. Однако в данном случае отношение к производителям, по словам руководителя крестьянского хозяйства Виктории Храмцовой, не должно быть предвзятым. «К мерам поддержки я отношусь неоднозначно. Если бы они были для всех одинаково доступны, то это было бы справедливо. Пока же система поддержки порождает нечестную конкуренцию, которую я называю конкуренцией поддерживаемых и не поддерживаемых фермеров, – заявляет она. – На мой взгляд, нужно изменить меры государственной помощи. Например, не помешает хорошая инфраструктура (дороги, электричество, газ, вода). В таком случае государство не отдает кому-то деньги, а тратит их само на развитие сельских территорий. Субсидировать можно племенные заводы, лаборатории, ветеринарные службы (самое дорогое – это хорошая генетика и здоровье животных), а фермерам дать возможность приобретать их по доступной цене. В Европе, например, очень развита кооперация, что положительно сказывается на интересах всех производителей. У нас кооперация не работает, наши законы видят в кооперировании извлечение прибыли, а не объединение единомышленников».

На данный момент программы поддержки органических производителей, по данным «Национального органического союза», готовы принять в Башкортостане, Татарстане, Ярославской и Воронежской областях. Эти регионы планируют субсидировать запуск процессов перехода с классического сельского хозяйства на органическое производство (конверсию). «Период конверсии – самое сложное время для органического предприятия, поскольку требует наибольших затрат, а дохода не приносит. Однако, осуществив данный переход, компания может выживать уже сама, – замечает Олег Мироненко. – В Германии, например, поддержка государства в период конверсии составляет 300–500 евро за гектар, а потом, когда производство становится органическим, субсидирование падает до 100 евро за гектар».


Земля обетованная

Принятие нового закона, по мнению Павла Абрамова, ужесточит конкурентную борьбу среди производителей органической продукции в том числе за счет выхода на рынок новых игроков. Пока же предприятий, работающих в данной отрасли, крайне мало. «Конкурентная среда в нашем сегменте, а это органическая крупа и мука, очень слабая. Производителей муки и крупы со знаком «органик» можно пересчитать по пальцам одной руки. Другое дело, что нам приходится конкурировать не только с биопродукцией, но и с производителями традиционной муки и крупы, а также с теми, кто маркирует свой товар как натуральный, не имея никакого сертификата», – рассказывает Павел Абрамов.

Всего в России насчитывается 70 сертифицированных органических сельхозпроизводителей, из которых 53 хозяйства аккредитованы по международным стандартам, а 17 – по российским, отмечают в «Союзе органического земледелия». По данным Союза, в сфере растениеводства зарегистрированы 20 предприятий, животноводства – пять, дикоросов – 14, производства алкогольной продукции – одно и переработки – два. «На  текущую дату в России уже сертифицировано около 90 компаний и 280 тыс. га земли. При этом наша страна занимает 14-е место в мире по площади сертифицированных под органику земель», – отмечает Белла Надирашвили.

За последние восемь лет российский органический сектор, по данным «Национального органического союза», вырос с 10 до 90 сертифицированных предприятий, то есть ежегодно появлялось около 10 новых компаний. «Если в течение 10 лет мы хотим достичь уровня Прибалтики, то надо вводить в оборот по 200–250 хозяйств в год, а чтобы догнать Германию, то по четыре тысячи, – подчеркивает Олег Мироненко. – К примеру, после принятия в 1992 году законодательства об органике в Австрии в течение трех лет появилось сразу несколько тысяч органических предприятий (с учетом тех, которые находились в конверсии). Сегодня их насчитывается уже более 24 тыс. при населении 8,5 млн человек».

Для полноценного развития отрасли в России, согласно его оценке, необходимо от 2,5 до 10 тыс. органических производителей и переработчиков. В Германии их насчитывается около 40 тыс. со средней производительностью 60 тыс. евро в год. При этом Германия потребляет продукции на 9,5 млрд евро, а выпускает на 1,8 млрд евро, поэтому завозит сырье в том числе из России. «Немцы не справились с ростом потребления – он был на 10% выше их способности расширять производство. В отличие от Европы у нас есть возможности наращивания производственных мощностей», – подчеркивает Олег Мироненко. «Для того чтобы обеспечить устойчивый спрос на органическую продукцию, нужно каждый год переводить в органическое сельское хозяйство не менее 200–300 сельхозпроизводителей. Необходимые условия – агротехнологии, обучение, сертификация и сбыт. Потенциал роста рынка будет складываться из количества сельхозпроизводителей, которые перешли на органическое сельское хозяйство», – соглашается Сергей Коршунов.

При наличии господдержки в данный сектор в ближайшие четыре-шесть лет, согласно прогнозам Олега Мироненко, перейдут от 10 до 30% средних и малых сельхозпредприятий. В случае отсутствия помощи со стороны властей в год будет появляться максимум до 50 предприятий. «Ситуация может развиваться по двум сценариям: либо при появлении программ поддержки органического сектора, в том числе селекции, разработки препаратов и удобрений, развития производства и переработки, постепенно Россия выйдет на темпы прироста 300 органических предприятий в год, либо же нас ждут долгие годы становления и формирования рынка», – свидетельствует Олег Мироненко.

В настоящий момент массовое производство сертифицированных органических продуктов для внутреннего рынка, по словам Сергея Коршунова, является лишь мечтой. При невозможности получить маржинальную премию, отсутствии государственной поддержки на переходном периоде, низком технологическом уровне, высокой стоимости международной сертификации на этот рынок выходят только энтузиасты или компании, изначально ориентированные на экспорт органического сельскохозяйственного сырья. «Мы занимаем 14-е место в мире по количеству сертифицированной земли и одно из первых по ее приросту, но в отличие от многих стран из этого количества не менее 30% сертифицировано под будущие проекты. Например, в Московской области сертифицировано около 10 тыс. га земли, которые реально в сельском хозяйстве сейчас не используются. Такая тенденция характерна именно для нашей страны, где земли достаточно много, в европейских странах количество сертифицированной земли практически равно количеству обрабатываемой», – замечает Олег Мироненко.


В светлое будущее

Сегодня объем рынка органических продуктов в России оценивается «Национальным органическим союзом» примерно в 160 млн евро, что составляет всего 0,2% мирового потребления органики. Из них порядка 80% приходится на импорт и лишь 20% обеспечивают отечественные производители. «Россия пока развивает полку органики за счет внешних производителей: 80% товара в наших магазинах представлено импортом, и такой баланс может сохраняться еще в течение как минимум двух-трех лет. Пока закон не заработает в полную силу, – предполагает Олег Мироненко. – Однако надеемся, что когда-то соотношение собственного и привозного органического товара составит 60 к 40%».

При этом, по наблюдениям «Национального органического союза», примерно с 2015 года в стране отмечается интенсивный рост спроса на органическую продукцию на уровне +10–15% в год, что практически соответствует европейским показателям. После принятия закона динамика только увеличится, считают эксперты. Это позволит уже в ближайшие годы достичь отметки ведущих европейских стран, где органический рынок составляет в среднем 2–4 млрд евро. «В текущей ситуации доля органической продукции составляет менее 1% общего рынка FMCG, но с принятием закона вырастет в разы. С какой скоростью и на сколько, будет зависеть от многих факторов, в то числе от экономической ситуации в стране и применения закона. Пока же динамика достаточно медленная», – считает Павел Абрамов.

Потенциал категории органической продукции в России оценивается экспертами «Союза органического земледелия» в 2–10% совокупного оборота потребительских товаров. Несмотря на то что внутренний рынок России находится в зачаточном состоянии, большинство участников реального сектора видят будущее именно в нем, замечает Сергей Коршунов. «Категория органики на российском рынке FMCG находится в стадии формирования. Ее доля в отделе здорового питания составляет не более 20%. Однако наблюдается стабильный рост, и мы видим перспективы данного направления», – делится Белла Надирашвили.

Движущей силой внутреннего рынка, по мнению Сергея Коршунова, станет формирование спроса, который сегодня фактически отсутствует из-за низкой покупательной способности россиян и их слабой осведомленности о преимуществах органической продукции. «В настоящий момент аудитория покупателей сертифицированной органической продукции сформирована лишь у небольших специализированных магазинов, федеральные сети не видят потребности в такой продукции, продолжая эксплуатировать тренды «натуральное» и «фермерское», – констатирует он. «В 2018 году я вижу снижение возможности у населения приобретать органическую продукцию из-за сокращения уровня доходов. Более того, зачастую покупатель просто не понимает или не хочет понимать, почему он должен платить больше за органический продукт. Разницу можно продемонстрировать только во время дегустации и только за счет высоких вкусовых качеств органического натурального продукта. Пока культура потребления органики низка, цену товара нужно серьезно обосновывать, объясняя, как формируются его себестоимость и добавленная стоимость органик-контроля», – разъясняет Виктория Храмцова.


Вне зоны доступа

Развитие органической полки сегодня сдерживают два основных фактора: высокий уровень недоверия потребителей и высокие цены на такую продукцию, подтверждает Олег Мироненко. Сегодня уровень органического фальсификата оценивается экспертами «Национального органического союза» более чем в 80%. И это сказывается на спросе. В Швейцарии, например, 1 человек съедает в среднем на 274 евро в год, а россиянин – менее чем на 1 евро.

Сегодня спрос на продукты органики, по словам Олега Мироненко, приходится преимущественно на крупные российские города, что обусловлено в том числе высокой ценой. «В России очень мала доля потребителей, готовых приобретать органическую продукцию, а в большинстве регионов практически стремится к нулю. В Москве и Санкт-Петербурге, где уровень дохода выше, этот показатель доходит до 7–10%. В то время как в Европе чуть ли не 40% потребителей потребляет органические продукты», – отмечает Виктория Храмцова. «Цена на органику выше на 40% и более, чем на обычные продукты питания. Ассортимент в федеральных сетях мал, хотя в последнее время в федеральных сетевых магазинах появляется все больше отделов здорового питания и органических продуктов», – добавляет Белла Надирашвили.

Согласно оценке Павла Абрамова, в России органические продукты дороже традиционных в среднем в три раза. «Высокие цены на органику препятствуют ее распространению в рознице. Здесь российские органические продукты могут создать хорошую конкуренцию импортным. Низкое проникновение на полки федерального ритейла обусловлено и отсутствием культуры потребления. Мало кто понимает, что такое органические продукты питания (как конечные потребители, так и ритейл). При этом недоверие со стороны потребителей – это в первую очередь недостаток регулирования отрасли», – считает он.

Основные факторы, тормозящие рынок органических товаров, по  словам Сергея Коршунова, – низкая информированность потребителей и размытый покупательский спрос из-за присутствия натуральной и фермерской продукции. «В глазах потребителей это синонимы, хотя на самом деле органическая продукция  – это отдельная категория, которая имеет сертификат – юридическую гарантию, что в ней нет антибиотиков, пестицидов, гормонов роста, пищевых добавок. Надписи «натуральное» или «фермерское» таких гарантий не дают», – подчеркивает он.

По мнению Сергея Коршунова, цены на органическую продукцию на российском рынке сейчас значительно выше, чем на традиционную, в связи с большим дефицитом такой продукции. Ситуация будет выравниваться по мере выхода на рынок новых игроков.



По высшим стандартам

Первый базовый органический стандарт был разработан Международной федерацией органического сельскохозяйственного движения (IFOAM) в 1982 году. Тогда еще никаких законов не было – сначала следовало договориться, как производить органический продукт, как проводить сертификацию и  так далее. А первый общеевропейский стандарт появился только в 1991 году. Затем он совершенствовался в течение почти 16 лет, на его основе отдельными странами принимались законы. Стандарт, который взят «Национальным органическим союзом» за основу при разработке российского стандарта, был принят ЕС в 2007 году. Однако надо отметить, что с 2021 года вступает в силу новый европейский стандарт, и уже сейчас в Союзе вводят корректировки в российский.


Равнение на Запад

Рынок органических продуктов – один из самых динамично развивающихся в мире. С 2000 по 2016 год он увеличился более чем в пять раз, с $18 до $90 млрд. По прогнозам Grand View Research, в 2018–2020 годах категория продолжит свой рост со скоростью 15–16% в год и достигнет порядка $212 млрд. Планируется, что к 2025 году объем рынка органических продуктов может составить от 15 до 20% мирового рынка сельхозпродукции. Лидером по объему потребления органической продукции являются США, на которые приходится 43% рынка. Далее с достаточно существенным отставанием идут страны ЕС  и Китай.

Однако по количеству продукции, потребляемой на душу населения, европейские страны существенно опережают всех в мире. Так, в Швейцарии, по данным FIBL (Научно-исследовательский институт органического сельского хозяйства, Швейцария), один житель тратит на органику 274 евро, в Дании – 227 евро, в Швеции – 197 евро, в Австрии – 177 евро. Основные потребители – люди с высоким или средним достатком, проживающие в благополучных, развитых странах. В целом количество людей, постоянно потребляющих органические продукты в мире, за 15 лет выросло не менее чем в пять раз и составило около 700 млн чел.


Органичное развитие

Сегодня 178 стран мира, по информации FIBL (Научно-исследовательский институт органического сельского хозяйства, Швейцария) развивают органическое сельское хозяйство, из них 89 стран имеют собственные законы в сфере производства и оборота органической продукции. В данном секторе занято более 2,7 млн производителей и сертифицировано свыше 58 млн. га. Однако в отличие от США и России, где на одно хозяйство может приходиться от 100 до нескольких тысяч га земли, все эти предприятия имеют в среднем не более 3–4 га, отмечают эксперты  «Нацио­нального органического союза». В Европе этот показатель находится на уровне 20–25 га.

Ежегодный прирост производства органики составляет 10–12% в год, а потребления – более 15%, и, по прогнозам, такие темпы сохранятся до 2025 года. «Сейчас Россия занимает 0,2% мирового рынка органических продуктов. Однако уже в течение ближайших лет мы планируем не только догнать ведущие страны, но и занять не менее 10% мирового рынка», – комментирует исполнительный директор «Национального органического союза» Олег Мироненко.

Коментарии (0)
Читайте также
24 Апреля 2019, 06:04
16 Апреля 2019, 09:04
09 Апреля 2019, 01:04